Стихи, Поэмы, Сказки, Проза, Драматургия, Биография, Евгений Онегин, Борис Годунов, Капитанская дочка, Повести Белкина, Лирика, Пророк, Медный всадник, Полтава, Руслан и Людмила



Письма А.С. Пушкина:
Раевский — Пушкину А. С., 21 августа 1824


Полное собрание сочинений: В 17 т. Том 13 (Переписка 1815-1827). — 1937.


97. А. Н. Раевский — Пушкину.

21 августа 1824 г. Александрия, около Белой Церкви.

Vous avez eu grand tort, cher ami, de ne pas me donner votre adresse, de vous imaginer que je ne saurais vous retrouver au fin fond du gouvernement de [Kieff] Pskoff, vous m'auriez épargné du temps perdu en recherches et vous auriez reçu ma lettre plutôt. — Vous craignez, dites-vous, de me compromettre par votre correspondance, cette crainte est puërile sous bien des rapports et puis il est des circonstances où l'on passe par-dessus ces considérations. — Du reste, que peut-il y avoir de compromettant dans notre correspondance? je ne vous ai jamais parlé politique, vous savez que je n'ai pas grand respect pour celle des poëtes et si j'ai un reproche à vous faire, c'est celui de ne pas assez respecter la Religion, notez bien cela, car ce n'est pas la première fois que je vous le dis. — C'est un besoin réel pour moi que de vous écrire: on ne passe pas impunément tant de temps ensemble; sans faire entrer en ligne de compte toutes les bonnes raisons que j'ai [de] pour vous porter une amitié véritable, l'habitude seule suffirait pour former un lien [véritab<le>] durable entre nous. Maintenant que nous sommes si loin l'un de l'autre je ne mettrai plus aucune restriction dans l'expression des sentiments que je vous porte; sachez donc qu'outre votre beau et grand talent je vous ai voué depuis longtemps une amitié fraternelle et qu'aucune circonstance ne m'en fera départir. — Si après cette première lettre vous ne me répondez pas et vous ne me donnez pas votre adresse, je continuerai à vous écrire, à vous importuner jusqu'à ce que je vous force à me répondre, à passer par-dessus de petites appréhensions que l'innocence seule de notre correspondance doit faire évanouir. —

Je ne vous parlerai pas de votre malheur, je vous dirai seulement que je ne Дésespère nullement de votre situation présente, elle s'améliorera, je n'en doute pas. La seule chose que je craigne pour vous c'est l'ennui du moment, aussi [je] n'ai-je pris la plume que pour chercher à vous amuser, à vous distraire, à vous parler du temps passé, de notre existence d'Odessa, qui n'était pas brillante, il est vrai, mais que le souvenir et le regret doivent nécessairement embellir à vos yeux. — Минувшей жизнию повею. —

Risnitch a repris les rênes du gouvernement du Théâtre, les actrices n'obéissent plus qu'à sa voix, quel dommage que vous n'y soyez plus. Zavalievsky continue à faire le bonheur de ses amis et connaissances, maintenant il a une nouvelle prétention, c'est celle de littérateur: il a fait le voyage de la Côte Méridionale de la Crimée à cheval, le Mérite des femmes à la main, se récriant à chaque pas tantôt sur les beautés de la poésie, tantôt sur celles de la nature le tout en mauvais français à la portée de la belle compatriote seulement et de votre carricature qui parfois même trouvait du mauvais goût dans son enthousiasme, il a fini par tomber de cheval au milieu de ses rêveries poétiques. — Je remets à une autre lettre le plaisir de vous parler des faits et gestes de nos belles compatriotes, présentement je vous parlerai de Tatiana. — Elle a pris une vive part à votre malheur, elle me charge de vous le dire, c'est de son aveu que je vous l'écris, son âme douce et bonne n'a vu dans le moment que l'injustice dont vous étiez la victime, elle me l'a exprimé avec la sensibilité et la grâce du caractère de Tatiana. — Sa charmante fille même se rappelle de vous, elle me parle souvent du fol Mr Pouchkin et de la canne à tête de chien que vous lui avez donné. — J'attends tous les jours une petite image avec les deux premiers vers que vous avez fait pour elle. —

Mon cher ami, de gѓâce ne vous laissez point aller au découragement, prenez garde qu'il n'affaiblisse vos belles facultés; prenez soin de vous-même, ayez patience, votre situation s'améliorera, on reconnaîtra l'injustice de la rigueur dont on use envers vous; c'est un devoir envers vous-même, envers les autres, envers votre pays même que de ne vous laisser abattre; n'oubliez pas que vous êtes l'ornement de notre littérature naissante et que les traverses momentanées dont vous êtes victime ne peuvent porter atteinte à votre gloire littéraire. — Je sais que votre premier exil a fait du bien à votre caractère, que vous n'êtes plus aussi étourdi, inconsidéré, continuez de même et de plus respecter la religion et je ne doute nullement que dans un court espace de temps vous ne soyez tiré de votre maudit village. —

Adieu. Votre ami A. Raïevsky.    

21 Août 1824

Alexandrie près Bielatserkow.

Mon adresse est toujours à Kieff.

<см. перевод>

Переводы иноязычных текстов

  1. Стр. 105, строка 4 и сл. снизу—стр. 107, строка 1 и сл.

    Вы совершили большую оплошность, дорогой друг, не дав мне своего адреса, и воображая, что я не сумею разыскать вас в глуши [Киевской] Псковской губернии; вы избавили бы меня от лишней траты времени нї розыски и раньше получили бы мое письмо. Вы пишете, что боитесь скомпрометировать меня перепиской с вами. Такое опасение ребячливо во многих отношениях, а к тому же бывают обстоятельства, когда не приходится считаться с подобными соображениями. Да и что может быть компрометирующего в нашей переписке? Я никогда не вел с вами разговоров о политике; вы знаете, что я не слишком высокого мнения о политике поэтов, а если и есть нечто, в чем я могу вас упрекнуть, так это лишь в недостаточном уважении к религии — хорошенько запомните это, ибо не впервые я об этом вам говорю. Я испытываю настоящую потребность писать вам. Нельзя безнаказанно прожить вместе столько времени; даже оставляя в стороне множество причин, которые заставляют меня питать к вам истинную дружбу, одной привычки было бы достаточно, чтобы создать между нами [истинную] прочную привязанность. Теперь, когда мы так далеко друг от друга, я не стану сдерживаться в выражении чувств, которые питаю к вам; знайте же, что, не говоря уже о вашем прекрасном и большом таланте, я с давних пор проникся к вам братской дружбой, и никакие обстоятельства не заставят меня отказаться от нее. Если после этого первого письма вы мне не ответите и не дадите своего адреса, я буду продолжать вам писать, надоедать вам до тех пор, пока не заставлю вас ответить мне, не считаясь с мелкими опасениями, которые должна рассеять самая невинность нашей переписки.

    Не буду говорить вам о вашей беде, скажу только, что я не отчаиваюсь относительно вашего нынешнего положения: оно изменится к лучшему, не сомневаюсь в этом. Единственное, чего я страшусь для вас, это скуки в данный момент; поэтому я и берусь за перо лишь для того, чтобы развлечь вас, рассеять, поговорить с вами о прошлом, о нашей жизни в Одессе; хоть она, по правде говоря, и не была блестяща, однако воспоминание и сожаление несомненно должны приукрасить ее в ваших глазах. — <.....>

    Ризнич вновь принял бразды правления в театре; актрисы слушаются только его. Как жаль, что вас здесь нет. Завальевский продолжает увеселять своих друзей и знакомых: сейчас у него новая затея — стать писателем“ Он объехал верхом южный берег Крыма, с „Достоинством женщин“ в руках, восхищаясь на каждом шагу то красотой стихов, то красотой природы, и всё это на плохом французском языке, подходящем лишь для прекрасной соотечественницы и для вашей каррикатуры, иногда даже находившей дурной вкус в его восторгах. В конце концов он свалился с лошади в разгар своих поэтических мечтаний. Откладываю до другого письма удовольствие рассказать вам о происшествиях Э черточках из жизни наших прекрасных соотечественниц; а сейчас расскажу вам о Татьяне. Она приняла живейшее участие в вашем несчастии; она поручила мне сказать вам об этом, я пишу вам с ее согласия. Ее нежная и добрая душа видит лишь несправедливость, жертвою которой вы стали; она выразила мне это со всей чувствительностью и грацией, свойственными характеру Татьяны. Даже ее прелестная дочка вспоминает о вас, она часто говорит со мной о сумасбродном г-не Пушкине и о тросточке с собачьей головкой, которую вы подарили ей. Я всё время поджидаю маленького портрета с двумя первыми строками стихов, которые вы для нее написали.

    Ради бога, дорогой друг, не предавайтесь отчаянию, берегитесь, чтобы оно не ослабило вашего прекрасного дарования, заботьтесь о себе, будьте терпеливы: ваше положение изменится к лучшему. Поймут несправедливость той суровой меры, которую применили к вам. Ваш долг перед самим собой, перед другими, даже перед вашей родиной — не падать духом; не забывайте, что вы — украшение нашей зарождающейся литературы и что временные невзгоды, жертвою которых вы оказались, не могут повредить вашей литературной славе. Я знаю, что ваша первая ссылка пошла на пользу вашему характеру; что вы теперь уже не такой взбалмошный, опрометчивый. Продолжайте в том же роде, затем — питайте уважение к религии, — и я не сомневаюсь, что в самом непродолжительном времени вас выпустят из проклятой вашей деревни.

    Прощайте. Ваш друг А. Раевский.

    21 августа 1824.

    Александрия, близ Белой Церкви.

    Мой адрес попрежнему — Киев.
    


Получить подарок Получить подарок Поздравляем! Вы дочитали до конца, и компании такси UBER и Gettaxi дарят вам по 400 рублей на первые поездки. Пройдите по ссылке, чтобы получить свой подарок:
400 рублей от UBER! 400 рублей от Gettaxi!






Здесь

Деревянные кровати для дачи смотрите здесь.

кроватник.рф